Меню

Психогенные грибы

Глава 3
КАК ПРИНИМАТЬ ГРИБЫ: ПРАКТИКА


«Полюбите Бога так, как вы любите бабки, и уйдите, не разбирая дороги»
(Ра-Хари)
1. Важно понять, что практика, как карма, существует ВСЕГДА, всегда принося определенные плоды. Практику я обозначил бы как повторяемый гештальт действий с хорошо обозначенными (сознательно или бессознательно) правилами. Все, что угодно, образует практику, если повторяется достаточно часто. Йога, ухаживание за садом, болтовня, мастурбация — что угодно. Бег, филателия, флирт, разборки отношений, рисование пейзажей, путешествия — все это образует практики в том смысле, что это делается, что это в какой-то момент начинается, проходит свои этапы, кончается и дает вполне определенные последствия, и скоро повторяется опять. Я бы не делал разницы между такими практиками, которые зачинаются специально (вроде йоги) и теми, что будто бы происходят сами (типа скандалов). Черт здесь ногу сломит в рационализациях эго. Но мне кажется важным осознавать последствия каждой определенной практики.
Например, после динамических медитаций я обычно чувствую себя очень спокойно и «однозначно» (в смысле — без сомнений) и часто — сильно заряженным энергетически. Например, после болтовни я часто чувствую усталость и желание потереться лицом о стенку. Например, путешествия в одиночку часто погружают меня в печаль, мысленное перебирание всего, что случилось до, резкие смены состояний, любовь к тем, кого оставил... И так далее. Все это—практики. Мы в них живем.
2. Традиции мацатеков. Мацатеки — вовсе не единственная группа, традиционно употребляющая грибы, но с них «всё» началось, и про них известно больше. Мифология их сложна, особенно для понимания людьми с «конкретным» подходом, типа «или ты веришь в это, или, наоборот, в это». Как и многие другие индейцы, они фантастически (в нашем понимании) терпимы, и спокойно сочетают свое исконное язычество с самым искренним христианством. (Мария Сабина была одним из организаторов мирских католических «сестринств» и активно работала в таком много-много лет, делая свечи и подготавливая мессы по праздникам.)
Стоит отметить, что прием грибов—совсем не единственная церемония, обычная в Хуаутле и окрест. По самым разным причинам отдельные индейцы и целые семьи часто устраивают «очищения» — обычно также с помощью «мудрого человека». Жгутся свечи и копаль,
читаются молитвы. Это может включать в себя элементы магии или нет—в зависимости от того, кто проводит очищение.
На языке мацатеков грибы называются сложно и красиво, что-то вроде «потрясающие малыши, которые сами высовываются (или выскакивают)». Их часто называют «маленькими святыми». Впрочем, «часто называют»—не верно. О грибах, в отличие от алкоголя, открыто говорить не принято.
В согласии с традицией, грибы собираются на раннем рассвете юной девочкой, девственницей. Лучше всего это делать во время новой луны. Потом грибы приносятся в церковь и какое-то время лежат на алтаре (это не обязательно большая, «главная» церковь, потому что в тех местах много маленьких церквей, которые строит отдельный человек или семья; или это может быть даже уголок внутри дома, как у Марии Сабины). Их никогда не показывают открыто на рынке, даже если они предназначены для продажи. Их вообще показывают как можно меньшему количеству глаз (тот, кто собирает, сразу заворачивает их в листья). В любом случае они передаются из рук в руки по предварительному договору.
Церемония, «велада», «vigil» происходит всегда ночью. Тот, кто ест грибы днем, считают индейцы, рискует сойти с ума. Церемонией руководит один или одна из «мудрых» или целитель (целители и колдуны, — тоже «работники здравоохранения» у индейцев, но как бы рангом пониже «мудрых»). У велады всегда есть конкретные цели. Обычно это исцеление больного, но может быть также разрешение любых трудных проблем (кража, отсутствие вестей от близких, пропажа человека и пр.) Грибы даются участникам церемонии после обрядов очищения—и людей, и грибов. Среди участников есть «мудрый», есть тот, ради которого устраивается церемония (например, больной), и часто могут быть другие люди (обычно семья, близкие больного). Все они обязательно выдерживают несколько дней поста в пище и сексе.
Грибы раздаются парами. Их нужно съесть целиком (включая, например, основание ножки, потому что иначе гриб может потом заставить человека искать свою ножку). После того как грибы съедены, убирается весь свет, и вся ночь проходит в полной темноте. Никто, кроме ведущего и его помощников, не может покинуть места церемонии до утра.
Мацатеки считают, что грибы «говорят». «Если вы спросите шамана, откуда идут его образы, он, скорее всего, ответит: «Я не говорил этого, это сказали грибы». Шаманы, которые едят их, — глашатаи истины, поющие ораторы, устные поэты своего народа, они лечат словами, они говорят, что не так и что нужно для излечения, они мудрецы и оракулы, «охваченные голосом»25.
Нараспев, речитативом, часто отбивая ритм, «Мудрый» в течение всей ночи «ведет речь»,
25 Так рассказывает Henry Munn в своей работе «Mushrooms and Language» (from: Hallucinogens and Shamanism, edited by Michael J. Harner). Манн — один из белых, которые «эмигрировали» в Хуаутлу. Он женился на индианке и прожил там много лет, до самого последнего времени.
взывая к святым и другим силам, утверждая себя и свой поиск, находя ответы, описывая все происходящее в его главном смысле. Описать такую речь очень сложно. Звучит она как пес-ня.26 «Мудрый» не запоминает слова ее; они приходят, когда грибы находятся внутри, они идут от самих грибов. Большая часть фраз в этой речи оканчивается словом «цо»—«говорит», в смысле—«та сила говорит», «грибы говорят».
Я—женщина мудрости, говорит,
Я—женщина языка, говорит,
Меня знают в небесах, говорит,
Меня знает Бенито Хуарес, говорит,
Я—святой Петр, говорит,
Я—Иисус Христос, говорит,
Я—дева Мария, говорит,
Я—та, кто говорит с горами, говорит,
Я—та, кто говорит со святыми, говорит,
Мы будем искать корень болезни, говорит,
Мы найдем причину несчастья, говорит...
Таким образом, «мудрый» обычно говорит за всех27; остальные хранят молчание.
Для лечения часто нужно, чтобы человек вырвал. Мария Сабина рассказывала, что и это она часто делает вместе с человеком или даже вместо него (особенно, если больной — ребенок).
Плата за такие церемонии обычно очень мала и носит скорее символический характер (например, несколько фруктов). «Мудрый не должен брать денег. Тот, кто берет их, —лжец. Мудрый рожден лечить, а не делать бизнес из своего знания»28.
3. Я бы вначале хотел дать незлобный пример, как не надо принимать грибы. (Интернет полон примерами гораздо более драматичными). Этот пример тем более замечателен, что принадлежит человеку симпатичному и умному, доктору биологии и, что самое смешное, одному из самых значительных в мире специалистов по систематике псилоцибиновых грибов.
Итак, доктор Гастон Гузман описывает29, как он ел грибы, которые уже тогда начал изучать,
26 Вассон полностью записал одну из церемоний, проведенных Марией Сабиной, и издал ее в 1974 году в виде пленок, транскрипции по-мацатекски, переводов на испанский и английский, со своими комментариями, а также с прекрасными фотографиями Ричардсона.
27 Клод Леви-Стросс красиво сравнивает психоаналитика (который слушает, заставляя человека говорить) и шамана, который говорит за того, с кем он работает. (Claude Levi-Strauss, «The Effectiveness of Symbols»).
28 Так сказала в своем интервью Мария Сабина, всю жизнь зарабатывавшая тяжелым «обычным» трудом. По домам других «мудрых», сфотографированных Вассоном, Гузманом и другими, видно, что это правда.
29 Этот рассказ напечатан в статье Гузмана «Wasson and the Development of Mycology in Mexico», в сборнике статей, посвященных Вассону, которые вышли книгой «The Sacred Mushroom Seeker» под редакцией T.Riedlinger.
в той же Хуаутле, где их ел Вассон, через три года после первой «велады» с участием белых. Он работал в Хуаутле уже не первый раз, и дон Исауро, в доме которого это происходило, был с ним в очень хороших отношениях. Гузман попросил устроить церемонию, чтоб «узнать грибы» и «избавиться от боли в ноге». На самом деле он по-прежнему сомневался, что грибы обладают психоактивностью. Дон Исауро сомневался в кандидате, но согласился, скорее всего, из желания угодить дорогому гостю. Далее— по тексту, который хотел я исчертить восклицательными знаками, но удержался. Смотрите сами.
«Восьмидесятилетняя мать дона Исауро заправляла церемонией. Она обращалась с грибами с уважением; достав их, она вначале держала их в ароматном дыму перед алтарем. Раньше в этот день она по просим двух своих старших сыновей также есть грибы в этот вечер, чтобы сопровождать меня во время церемонии.
После того, как грибы были съедены, я немного поболтал с доном Исауро, любопытствуя, когда же начнут проявляться галлюцинаторные эффекты. Я посмотрел на свои часы и увидел, что было довольно поздно — около девяти (семья ложилась обычно в восемь) — так что я решил лечь на свою подстилку. Когда я сказал о своем решении дону Исауро и его матери, они также решили лечь спать. Два брата продолжали сидеть за столом, где они так и провели всю ночь.
Как только я лег на свое место, весь свет в доме погасили. Единственным источником света осталась масляная лампа под моей самодельной «установкой» для сушки грибов. Грибы начали проявлять эффекты через полтора часа после того, как были съедены. Я смотрел на освещенную «сушилку», и вдруг она стала похожей на замок или дворец с человеческими чертами. Это не было собственно галлюцинацией, но скорее иллюзией, которую я так и воспринял. Замок улыбнулся мне и сказал: «Иди, иди, не бойся». Я был удивлен и немного испуган, несмотря на его успокаивающие слова. Затем, когда я потянулся за своими очками, замок громко засмеялся. Я постарался повернуться к нему спиной, чтобы немного поспать, но это оказалось невозможным, потому что теперь я видел множество привлекательных, ярких красок, куда бы я ни смотрел, вне зависимости от того, закрыты были мои глаза или открыты. Эти краски постепенно превратились в очень высоких негров, которые танцевали вокруг моей подстилки и пели. В это время я чувствовал себя очень хорошо, как будто лежа на прекрасном матрасе; к тому же мне хотелось смеяться, когда замок продолжал меня звать. Я почти просил его помолчать, потому что был очень занят спектаклем танцующих негров.
Когда я попытался понять, почему я вижу такие странные вещи, танцоры исчезли. Потом появилась собака, за ней кошка. Оба обежали мою подстилку очень быстро, а замок тем временем продолжал меня звать и смеяться. Опять я попробовал проанализировать эти «галлюцинации», но нашел это слишком трудным. Я не мог ясно думать ни о чем.
Затем я заметил, что мои ноги совершают движения, как будто я иду, хотя я по-
прежнему лежал на спине. Я отругал их за это, но они не обращали на меня внимания и продолжали, словно балующиеся дети.
Вдруг я попал в пещеру под своей подстилкой, где стал наблюдать множество любопытных светящихся маленьких животных, окруженных очень странной музыкой. Их нереальность была очевидной. Я стал плохо себя чувствовать, появилось ощущение определенного сумасшествия. Когда я стал пытаться вернуться на свою подстилку, я обна-ружил ее почти вне досягаемости под потолком пещеры. Рядом была лестница, но сломанная. В конце концов, однако же, я сумел вернуться на подстилку. Там я нашел своих кузена и кузину, которые тепло со мной разговаривали. Кузина протянула мне руку в приветствии. Подозревая, что и она, и ее рука были нереальны, я задержался с ответом. Затем мне пришло в голову, что это неподобающее поведение для джентльмена, и я протянул руку для ответа, по-прежнему лежа на спине. В этот момент я вдруг понял, насколько смехотворны мои действия и мысли, поскольку все эти странные вещи, которые я видел, конечно же, были нереальны! И, тем не менее, они выглядели так правдоподобно!
Позже я вспомнил, что Вассон писал об Amanita muscaria [мухоморе], что психоактивные вещества проходят через тело и выводятся с мочой. Наверное, то же самое происходит с Psilocybe. Это вдохновило меня пойти и помочиться, поскольку я вычислил, что это должно уменьшить интенсивность переживаний. Вместо того чтобы идти, однако, — ходьба была невозможной из-за непроизвольных движений ног—я стал пересекать комнату на всех четырех. Когда я добрался до двери, кто-то сказал: «Инженер бежал». (Индейцы зовут каждого в рабочей одежде из Мехико Сити инженером). Меня опять окружили — на этот раз реальные люди.
Дон Исауро спросил меня: «Что происходит, инженер?» Я заверил - его, что со мной все в порядке, просто нужно выйти помочиться. Он хотел знать, почему я ползу на четвереньках, а затем показал мне, что снаружи идет дождь. Я сказал, что рад дождю, потому что мне нужен душ.
Когда я вернулся на свою подстилку, я увидел, что грибная сушилка по-прежнему напоминает замок... Это продолжалось почти всю ночь. Я заснул около четырех. Час спустя я проснулся от звуков, которые издавали люди, готовившие кофе и тортиллас перед тем, как идти на работу. Я немедленно посмотрел в направлении одушевленного замка и увидел, что он опять стал сушилкой. Я чувствовал себя уставшим и голодным, но в остальном нормально».
4. Большинство обычных ошибок «наших» исходят из того, что человек не готовится, а это в основном потому, что не верится во что-то такое уж особое и отдельное. Человек в потоке обыденной жизни так ею «проспиртовывается», так привыкает к своему сознанию и к часам, что не представляет себе, что все может быть очень и очень по-другому. Трудно сказать, что
оказывается глупее по отношению к грибам—легкомыслие или страх.
Все, что я дальше опишу, основано на очень куцем опыте — я имею в виду не только себя, но и все те сорок лет, в течение которых грибы принимаются «белыми». У нас нет почти никакой культуры этого, почти никаких традиций, не говоря уже об эстетике. Нет ритуала, если выразить это коротко. А то, что он нужен, понимает почти любой мало-мальски серьезный «психонавт», естественно, в основном на своих ошибках. Теперь: ритуал нельзя выдумать, он может только вырасти, и мне хочется верить, что вырастет, с какими угодно вариациями. Выращивание такого ритуала — одна из немногих вещей в жизни, ради которой я стал бы «работать».
Итак, подготовка.
5. Подготовка. Первая заповедь: в трип нельзя влетать наскоро, по случаю, по прихоти, по «обстоятельствам». Это должно быть продуманным решением — и я бы назвал сутки как минимальный период между решением и началом. Конечно, лучше больше. Итак, решение, с чем бы оно ни было связано. Далее — очищение. Хотя бы по той элементарной причине, что в трипе очень увеличивается чувствительность, хорошо бы в последние день-два подчистить самые очевидные места. Для разных людей это значит разное, но обычные моменты:
• Постараться не убивать (я серьезно — включая насекомых и растения).
• Ложь — к минимуму (что для многих значит: разговоры к минимуму).
• Пост. Какой угодно, но — пост. Индейцы постятся три дня до и три дня после (не только с грибами; так же делают и те, кто пьют айяхуаску в Амазонии). Чистая еда, типа фруктов. Простая еда, типа каши. Полное трехдневное воздержание я проповедовать не буду, сам не умею, но последние 10 часов перед трипом — оно обязательно. И причин здесь море, в том числе чисто физиологических. Желудок должен быть пуст. Это означает один завтрак, если вы принимаете грибы вечером.
• Воздержание от секса. Это имеет смысл, безусловно, не в смысле «грязи», упаси нас всех, но даже когда чисто и по любви — воздержитесь хотя бы пару дней. Сберегите эту энергию. В молодости, когда энергия захлестывает, не очень заметно, сколько тратится ее в постели. На самом деле — очень много. Здесь согласны, в общем, все «духовные» и «энергетические» традиции. То есть причин называется множество, а практический вывод один. Под сексуальное воздержание подпадает не только половой акт. Это—мастурбация, фантазии и прочее.
6. Далее готовится время, место, ситуация. Время должно быть свободным — хотя бы сутки (это — полнейший минимум для бедных), а на самом деле двое. Принимать грибы вечером и идти на работу с утра — мазохизм и дурость. Время должно быть чистым и свободным, без обязательных телефонных звонков, без «может быть, кто-то зайдет», без того, чтобы на него кто-то мог «посягнуть». В том числе маленькие дети—лучше удалить их «с поля». Опять:
причин много, а вывод один. Если у вас нет, конечно, какой-то специальной, продуманной причины сделать наоборот.
Теперь: ночь или день? Спать — вы не заснете, дело не в этом. Очень разная энергетика (если хотите, можете объяснить это циркадными колебаниями количества в крови мелатонина и прочих гормонов). Традиция мацатеков — 100%-ная ночь. Я делал и так, и так, и склонен к ночи. Это еще зависит от того, что вы хотите делать. Но если размышлять — то ночь, если ждать откровения — то ночь. Ночью легче «держать ситуацию» в смысле покоя и тишины. Преимущества дня минимальны — так, не нарушается режим (если принять грибы в 12 дня, то в полночь вполне можно заснуть и не «выбиться из графика»). Или вот: однажды я ел грибы на «балконе» горы, на высоте полета орлов над прекрасной долиной. Я бы не решился делать это там ночью: все-таки рядышком был обрыв.
Место: свое, защищенное, хорошее. Я совсем недавно, скажем, полтора года назад, начал есть грибы на природе. Раньше я делал это там, где спал. Своя комната и постель—хорошее место, если для вас это хорошее место! Теперь: это место должно быть знакомым, хоть как-то «нажитым» в обычной жизни. Это касается и места на природе. На природе, безусловно, прекрасно, но здесь надо быть осторожным. Горы, лес—сами по себе «Психеделические» факторы. На природе все сильнее, а «духов» — значительно больше. Лучшее место — «место силы», специально выбранное, найденное и сделанное. Например, прекрасен круг (иногда водопады образуют чудесные защищенные со всех сторон круглые площадки в горах). Впрочем, тут уже—раздолье фантазии. Очень хорошо, чтобы в этом месте вы—медитировали, молились или занимались чем-то любимым.
Наконец, ситуация. Очень важно—с кем. С кем-то—почти обязательно. Самый минимум, минимальный минимум — это близкий вам человек, которому вы доверяете, в качестве «трезвого» помощника, который все время находится рядом (пусть даже в соседней комнате) и постоянно готов вам помочь. Я закаялся, есть грибы в одиночку, трудными были все трипы, когда я это делал, и это при том, что я довольно-таки одиночка по жизни. Очень хорошо иметь проводника. Прекрасно есть грибы вдвоем с любимым. Может быть, пара влюбленных — это тот единственный случай, когда можно обойтись без «трезвого» помощника. Этот помощник нужен вовсе не только для аврала (который все-таки очень редко бывает). Он прекрасен для того, чтобы поставить музыку, принести одеяло, уладить все контакты с внешним миром. Он вообще нужен как часть ситуации. Кушать в одиночку или вдвоем, спать в одиночку или вдвоем—сильно разные вещи; а тут еще сильнее.
Наконец, это может быть группа; но тут уже присутствие «главного», «проводника» мне кажется обязательным. Если «десять негритят пошли купаться в море...» Кстати, лучше один «главный», чем двое, если они не зверски единодушны. И еще, кстати, здесь тоже «трезвый» помощник не мешает, и для него это также может стать большим и глубоким переживанием.
7. Перед началом. Готовишься, как к празднику, только что обращаешь красоту не напоказ, а вовнутрь. Моешься. Надеваешь хорошую одежду.
«Нравится мне, —лиса говорила, — что любят тебя твои вещи...»
Вот именно такую одежду. Потом — талисманы, какие есть. Все, что может тебе помочь, тебя защитить. Это может казаться полной дурью «здесь», но оказаться важным «там». У меня есть костяной нож со страшной мордой, я достаю его только для трипов, раскрываю и кладу у двери — или у входа в палатку — короче, с самой открытой стороны.
Хорошо, если можешь помолиться. Тут, понятно, каждому свое. Я люблю читать 103-й псалом Давида. Мирон Столярофф в своей книге «The Secret Chief» приводит молитву 17 века30, которую он дает прочесть людям перед ЛСД-трипом:
Господи, я не знаю, чего просить у тебя; что нужно мне—знаешь только Ты; Ты сильнее любишь меня, чем я сам. О Отец, дай сыну Твоему то, о чем он сам не знает, как попросить. Я не осмелюсь просить ни о кресте, ни об утешении, я просто становлюсь перед Тобой и открываю Тебе свое сердце. Утешь мои нужды, о которых не знаю сам; посмотри и соделай по великой милости Твоей. Сокруши или излечи; повергни меня или возвысь; я преклоняюсь перед целями Твоими, не зная их; в молчании я приношу себя как жертву; я уступаю Тебе себя; нет во мне других желаний, кроме того, чтобы выполнить волю Твою. Научи меня молитве. Молись Собою во мне. АМИНЬ.
8. Отдельный вопрос: «загадать желание», решить — попросить — настроиться на что-то конкретное. Это двусмысленная материя (особенно после молитвы, которую я только что привел). С одной стороны, во многих традициях с использованием священных растений, в том числе у мацатеков с грибами, «церемония» устраивается с совершенно конкретными целями: лечение, избавление от напастей, ответы на насущные вопросы. Тут, правда, есть еще один момент, который стоит принять во внимание: причины болезни, пути излечения, ответы на вопросы обычно «видит» и называет шаман. Как сказал Рамон Медина Сильва (мариукаме («шаман») индейцев Уичоль), «только мариукаме видит действительно важные вещи, и только его видения стоит знать другим. То, что видит обычный человек — просто подарок духов, для красоты, и рассказывать он об этом никому не должен»31.
Но при нашей демократии, где чуть ли не каждый сам себе шаман, а избранных провидцев почти не наблюдается, есть нужда в иной практике. То есть на самом деле «загадывать» можно. Но стоит помнить, что грибы — это «тяжелая артиллерия», которая по мелким птицам не стреляет. Если помните, я рассказывал уже, как в свой первый трип хотел написать рассказ.
30 Ее записал Franсois de Salignac Fenelon (1651—1715), архиепископ Cambray
Подобные поверхностные вещи, под которыми нет глубоких психологических мотивов — типа написания диссертации — не проходят обычно, грибной опыт их сметает с пути. Но есть вещи по-настоящему важные, которые думаешь «всем собой» и у них есть хорошие шансы действительно стать смысловым центром трипа. У меня было так, пожалуй, лишь однажды, когда я был в глубоком внутреннем конфликте на тему того, как жить дальше (я видел два варианта)—и я вошел в трип с четким желанием не выйти, пока не получу ответ. И получил, и, конечно, так и сделал.
Есть одна история на эту тему, которая мне очень нравится. Рассказывал мне вроде бы очевидец: «Один мой знакомый решил точно выяснить, есть Бог или нет. Он принял ЛСД и сел в углу комнаты, непрестанно повторяя: «Есть ли Бог? Есть ли Бог?» (чтобы не забыть, не отвлечься). И вот он так сидел, сидел (отвернувшись ото всех в угол), повторял, повторял, а потом вдруг оборачивается, глаза огромные и говорит: «Кто я?»
Нет, ну я тащусь во всю длину, как сказала бы Желтая Обезьяна.
9. Есть какая-то очевидная закономерность в том, что все священные растения чрезвычайно неприятны на вкус. Это если мягко выразиться. Но нужно пожевать кактус или выпить айяхуаску, чтобы понять, что грибы — вполне терпимая «еда». Понятно, что традиционно их едят свежими, и это лучше всего. Я чаще ем высушенными, и это примерно то же самое. Есть много способов их «готовить», и хотя я ими никогда не увлекался, кое-что можно рассказать.
Понятно, что сухие растолченные мелкие кусочки грибов можно вложить во что-то — в капсулы или, скажем, в абрикосы на место косточки. Далее, можно делать простой экстракт слабокислотным раствором типа аскорбиновой кислоты (витамина С) или лимонного сока. Это особенно имеет смысл, если у вас в руках не грибные тела, а мицелий (см. главу про культивирование). Я делал так, но, если честно, всегда ел и те кусочки, из которых делал экстракт, — так что эффективность «настоя» мне трудно оценить. Имейте в виду, что в лабораториях подобные экстракты настаивают несколько дней, собирая жидкость и заменяя ее новой (а потом сливая их вместе). Горячая вода тоже экстрагирует алкалоиды, и отчеты о «голубом чае» нередко встречаются на Интернете. Третий способ — готовить грибы как еду—мне очень не нравится символически. К тому же псилоцибин и псилоцин начинают разрушаться при нагревании больше 70° С (поэтому и «чай» в неумелых руках — на грани перевода продукта). В Таиланде и на Бали в ресторанах для туристов подают множество кушаний — типа яичницы — с грибами, и они вполне активны. Но я повторяю, мне это кажется дурным смешением жанров32.
31 Из книги «The Peyote Hunt» by Barbara Meyerhoff
32 Так и вижу, как я в чине архангела прохожу перед строем новопредставившихся душ и строго спрашиваю: «Туристы есть?»
10. «Доза». Правило номер один:
для новичка она должна быть наверняка сильной. Грибы должны «взять» человека, первый трип должен быть сильным и полным. Это вопрос практики33, а объяснений я здесь вижу два. Во-первых, у взрослого человека, не знакомого с состояниями экстаза и расширенным сознанием, существует обычно крепкая система защит против этого (он потому и «не знаком» с тем, что разлито всегда и повсюду); назовите ее «крышей», «занавесом», как хотите. В первый раз ее «пробить» труднее, чем потом. Во-вторых, если доза недостаточна, и все эти защиты не будут однозначно сметены сразу, и у них будут хоть какие-то шансы работать, то они, скорее всего, работать будут, и трип может превратиться в «войну» «просветленного» и «обыденного» сознаний. Это и очень неприятно и малопродуктивно. Как любитель околопороговых маленьких доз, я говорю об этом на собственном опыте. Это не обязательно прямо уж война, но это бесконечный спор, разделенность, нестыковка. Можете почитать в приложении рассказ о Дарвине и Эйнштейне как иллюстрацию такой нескладушки (я, кстати, не говорю, что это история «маленькой дозы» — это «вечная история», как говорит заглавие, — но это, по-моему, хорошая иллюстрация одного из типичных сюжетов «приграничного» психологического пространства).
Сама доза абсолютно вариабельна, прежде всего потому, что разные виды грибов содержат разные количества активных алкалоидов34. Люди знают. Подмосковных Panaeolus нужно съесть около сорока (они маленькие), a Psilocybe cubensis из Мексики достаточно пяти плодовых тел. Грибы неаддиктивны (не вызывают привыкания), и доза для последующих приемов не растет. На самом деле — наоборот, раз «пробитая крыша» потом легче пропускает солнечные лучи, и дозу можно уменьшать. Я—сенситивный тип, мне может хватить полутора граммов высушенной Psilocybe cubensis, в то время как средняя доза—граммов 3—4—5. В моем понимании трип запускается как нейронный импульс — или порог перейден, и тогда он пошел, или нет, система «О или 1». Это, конечно, не совсем так, большие дозы уносят дальше, но тут я не знаток.
11. Время от приема грибов до начала трипа сильно колеблется. В среднем это полчаса, но все может начаться почти мгновенно—минут через 5—10. Так что не стоит это время «занимать». Здесь, как и во сне, поймать момент «перехода» почти невозможно, но наблюдать все равно интересно.
Очень имеет смысл первые полтора-два часа провести в состоянии «иммобилизации» —
33 Распространенной, но не универсальной. Такой знаток, как Пол Стаметс, в «Psilocybe Mushrooms of the World» говорит об аккуратном наращивании доз вначале до активной (которая, конечно, индивидуальна)
34 И грибы одного вида, даже, например, растущие в соседних одинаковых коробках, могут различаться в содержании псилоцибина в 5 раз
лежа с закрытыми глазами, проще говоря. Заснуть практически невозможно, разве что грибов было слишком мало. Грибы увеличивают осознавание, а не наоборот. Даже засыпая (такое все-таки бывает), человек способен «смотреть на это со стороны» — и засыпать, и осознавать происходящее одновременно.
Итак, вначале имеет смысл максимально «погрузиться». Музыка— личное дело каждого.
12. Дело «ситтера», «трезвого» помощника: быть невидимым, но быть. Раз в полчаса, если все тихо, имеет смысл подойти и спросить, все ли в порядке. Даже если вам не отвечают—добиться хотя бы кивка головы. Очень может случиться, кстати, что именно те моменты, когда вы к нему подходили, человек и запомнит лучше всего. Это, похоже на то, как сны запоминаются лучше, если будить во время сновидения. Но не лезть, если вас не просят! 100% не лезть с расспросами. Относитесь к подопечному, как: к дряхлому мудрецу,—ухаживайте, но помните, что он, скорее всего, сам знает что для него лучше. Если его прет куда-нибудь на балкон, убедитесь, что он полностью контролирует себя. Хочет пойти гулять — предложите себя в компанию. Если он хочет без вас — я бы отпустил. Я повторюсь: триповали тысячи людей, и все почти всегда проходит без авралов (в мирах физическом и социальном).
Лучшая история, которую я знаю про ситтера, рассказана Тимоти Лири35. В одной из «экспериментальных» Гарвардских сессий с псилоцибином, которая проводилась на дому у одного психолога, участвовал один инженер-электронщик. В какой-то момент трипа он сильно запаниковал и стал истерически звать то жену, то маму. Сам психолог в это время был в ванной, и он оттуда крикнул своей жене, чтобы она его «успокоила». Она вытерла руки (поскольку мыла тарелки на кухне), подошла к инженеру, который истошно кричал, что ему нужна его жена, обняла его сзади и стала шептать: «Твоя жена— река, река, река...» Он заметно стал успокаиваться, но все же сказал: «Тогда мне нужна моя мама». «Твоя мама — река, река, река...» — повторяла она. Инженер совсем успокоился и затих, и она вернулась на кухню к тарелкам.
13. «Психологическая капитуляция» — вот один из лучших способов вести себя по отношению к грибному опыту. Приказывать всем своим членам и мыслям «себя» слушаться (это «себя» — крайне сомнительный субъект, в основном иллюзорной природы), дергаться от «нереальности», «не поддаваться» (как это делал Гузман в примере выше)—плохой стиль, ведущий к напряжениям, запутанности, плохим ощущениям и нулевым результатам. Если вы уж пошли к грибам, позвали их — дайте им поработать над собой.
Оценивать, какие вещи стоит, а какие не стоит видеть, — это не просто глупо, но еще и рискованно. Серьезно. Если змею, которую вам показывают, вы еще и нагружаете дьявольским
35 И приводится в книге Peter Stafford «The Psychedelic Encyclopedia»
смыслом (которого в ней ведь может и не быть), то вы приглашаете дьявола принять участие в игре. Людям с ригидными моделями «материализма» или ортодоксальной «веры» может прийтись особенно тяжело.
В какой-то момент она неожиданно увидела прекрасного ангела, ведущего партию сопрано в хоре. «Я вижу ангела! Еврейке не следует видеть ангела, ведь это противоречит моей религии, но это настолько, настолько прекрасно! О, нет, все в порядке, это не ангел, это Кэррол Вернет!».36
Довольно распространенный опыт первого раза — «приглашение», образ ворот, дверей, и довольно распространенный ответ — туда не идти. И этот образ потом уже не повторяется.
Понятным для меня исключением из правила «капитуляции» является поведение человека, скажем так, буддистски ориентированного, который не разрешает своему сознанию погружаться в «фантазии», но стремится остаться в «здесь и сейчас»37. Но это — особая практика, и я думаю, что она возможна только для человека, опытного в медитации и твердо решившего такой практике следовать.
14. Регулировать глубину трипа, в общем-то, нельзя, но немножко можно. Лежа с закрытыми глазами, следуя процессу, мы углубляем состояние. Самый очевидный способ немного «выйти» — разговаривать. Разговор, как ничто другое, погружает нас в социальную ситуацию. Сами слова «я», «ты», «я тебе говорю» — они усиливают тот уровень сознания, где есть «я» и «ты», но почти никогда нет той вспышки прямого и непосредственного «я» — «ты» — отношения, о котором писал Бубер. Будьте осторожнее с разговором — это относится и к «героям», и к «ситтерам».
Пограничник!
Будь внимателен: враг рядом!
— как писали в советское время на фанере. В смысле: ситтер! будь внимателен! Если твой подопечный хочет сказать что-то большее, чем одну-две фразы, то это может быть частью процесса катарсиса (оздоровления), но, может быть, он просто боится чего-то и цепляется за тебя. Смелее отпихивай его веслом! Не надо быть психологическим гением, чтобы отличить одно от другого.
36 Пример из книги Станислава Грофа и Джоан Хэлифакс «Человек перед лицом смерти», глава 4 «Параметры сознания: картография человеческой психики».
37 Дзэнская история: как монаху-повару в дыму приготовляемых кушаний явился Будда Амитаба. Монах замахнулся на него поварешкой и крикнул, чтобы тот убирался и не мешал заниматься делом. Образ исчез.
Все это становится особенно актуальным, когда происходит так называемый
15. «Плохой трип». Мне не очень нравится это название, и я бы, скорее, назвал это «трудным трипом». Что это такое — сформулировать достаточно трудно. Ну вот представьте, что трех малышей ведут в зоопарк и что при этом первый мечтал туда попасть давно и бурно наслаждается, второму все равно, но его устраивает сладкая вата, а третьему не хочется никаких тигров и птичек, а хочется домой. Ему хочется домой, а его продолжают тащить по зоопарку, он плачет, но поход продолжается. Путешествие в зоопарк может быть очень трудным трипом для него — хотя, конечно, он выживет. То есть дело не в том, что тебе показывают, а в том, как ты к этому относишься. Интересно другое: очень может быть, что и первый, и второй малыши очень скоро забудут, что были в зоопарке, а вот для этого трудного третьего тот день запечатлится ярким переживанием. И даже очень может быть, что он сделает из этого своего трипа далеко идущие выводы — ну, не знаю, скажем, что надо побыстрее повзрослеть и самому ходить куда хочется. И даже может статься, что он и правда быстрее повзрослеет! Вот ведь как странно!
а я устал, машу из последних сил,
ободрал всю морду, уцепился за крайний куст,
ладно, говорю, но в последний раз, а он говорит, псих,
ты же летал сейчас, ладно, говорю, пусть,
давай еще разок, нет, говорит, прости,
я устал, отпусти, смеется, не могу, ты меня достал,
разок, говорю, не могу, говорит, теперь сам лети,
ну и черт с тобой, говорю, Господи, как я с тобой устал,
и смеюсь, он глядит на меня, а я смеюсь, не могу,
ладно, говорит, давай, с разбега, и я бегу.38
16. После трипа. Если ты умный — дай себе время «разжевать», вобрать в себя, сложить все воедино. Первые сутки — просто священное в этом смысле время. Теперь, когда ты вернулся, важно взять в свое «обычное» как можно больше «оттуда». Интегрировать — вот это слово.
Есть такое мнение, что на следующий день не надо смотреть людям в глаза и их касаться. Помимо магии, здесь есть явный и простой здравый смысл: побудьте с этим наедине!
И еще — я сторонник того, чтобы обязательно сделать «по этому поводу» что-нибудь практическое. Чаще всего это не надо придумывать —оно напрашивается само. Так после одного трипа, в котором я был «зеленым и текущим», похожим на лист алоэ, я посадил свои первые растения. Обязательно, обязательно надо вытаскивать увиденное и познанное на свет!
38 Я не знаю, кто написал это чудесное стихотворение.
Этого-то грибы уже не могут, это только ты можешь, со своею плотью и кровью. Картины писать, звонить любимым, бросать службу, свечи ставить, воплощать то, что увидел—пока не навалились на чудесные узоры серые слои обыденного сознания...
17. Когда можно повторять? В грибах есть некий заложенный механизм против привыкания и даже просто частого употребления. На то, чтобы уложилось все, уходят обычно недели, а может спокойно уйти год («этого времени»). Пока не уложилось, любой нормальный человек сам не захочет никаких новых трипов. Я в жизни не буду есть грибы, пока не разберусь с пре-дыдущим опытом, в том числе, пока не сделаю то, что решил тогда сделать.
Многие после первого, самого распрекрасного раза, больше не повторяют никогда. Экстаз — не шуточки, не развлекаловка. Это очень сильные переживания. Кроме того, я думаю, для многих в трипе открывается необходимость что-то в своей жизни изменить, и они старательно потом работают на забвение этого. Можно и так.
Некоторые едят грибы в критические моменты—как бы прибегая к советчику и избавителю. Некоторые едят тогда, когда чувствуют себя сильными, здоровыми и «готовыми для нового». Некоторые едят тогда, когда могут найти, а во многих районах Земли грибы растут очень сезонно. Некоторые едят тогда, когда соберется хорошая компания...
18. Для тех, кто осмеливается давать грибы кому-то еще. Понятно, что не мне вас учить. Но вот не так давно вышла книга Мирона Столярофф «The Secret Chief» — она построена как интервью с «Якобом», американским психотерапевтом, который много лет проводит ЛСД-терапию (конечно, неофициально, андерграунд). Книга доступна в Интернете39, но я все равно хотел бы коротко рассказать об основных моментах процесса, который выработал «Якоб». Итак, он проводит первую встречу с человеком, которого ему кто-то рекомендовал (целая глава в книге посвящена «селекции»). Затем сам трип—для первого раза он всегда использует ЛСД — проходит обычно в доме самого человека, начинается утром, часов в 8 утра. Структура трипа задается взаимным договором, который состоит вот в чем: без предварительного согласия с терапевтом человек не будет покидать дом во время трипа и не будет рассказывать никогда после о том, где и с кем это происходило; не будет физического насилия и секса; будет полное подчинение терапевту в том смысле, что если в какой-то момент трипа он скажет что-то делать или что-то перестать делать—это будет сделано, абсолютно. Заметьте, что эти правила больше созданы для защиты именно «трипующего», а не терапевта: подобные границы дают человеку, особенно зажатому, свободу внутри них (так, женщины, испытывающие с грибами сексуальный подъем, могут свободнее его переживать, не боясь «усложнения отношений» и т. п.). Якоб
39 На сайте MAPS, Multidisciplinary Association of Psychedelic Research, http: //www.maps.org
приносит с собой простое оборудование: ритуальную чашу для напитка, содержащего активное вещество; наушники, плеер и отдельный диктофон, записи музыки; маску на лицо. После молитвы и выпивания чаши, он и «пациент» раскладывают фотографии. Эти фотографии человек принес с собой, по заранее данному заданию, и они представляют максимально полно всю его жизнь — от родителей и младенчества до настоящего момента. Фотографии рассматриваются и раскладываются по порядку, но не обсуждаются. Затем следует разговор о снах последнего времени, а затем короткий—еще—инструктаж. Тогда же Якоб говорит, что, если будет страшно или еще что-то, чтобы человек просто поднял руку, он подойдет и будет вместе с ним (обычно просто, без разговоров, держать его/ее руку в своей). Затем процесс начинается, человек идет в туалет, а затем ложится на пол, надевает маску и наушники, Якоб включает музыку и — вперед. Если человек по ходу трипа идет в туалет, он следует за ним и просит на обратной дороге внимательно рассмотреть себя в зеркале. После того как человек «выходит» из трипа, в среднем спустя шесть часов—следует «трип с картинками», когда Якоб по одной дает ему рассматривать его фотографии, по порядку, с младенчества. Человек смотрит на фотографию сколько хочет, затем возвращает и получает новую. Если он что-то говорит, плачет, то Якоб включает диктофон для записи. (Пленку он отдает затем «герою»). После «трипа с картинками» следует свободная часть — может быть, они еще слушают музыку, разговаривают и т. п. Около четырех часов дня вызывается «бэби-ситгер». Якоб не хочет, чтобы человек оставался один в этот день. Он сдает человека «на руки» кому-то, с кем тот близок и кому доверяет. И уходит, когда человек согласен, что он может уйти, обычно немного покор-мив его перед этим. Номер телефона и прочие координаты Якоба остаются, и тот может связаться с ним, когда захочет.
Групповые трипы он проводит только с теми, кто делал с ним индивидуальные.
Межглавок 3
Льет дождь. Я сижу в доме Аполонии Мартинес, дочери Марии Сабины. Здесь бедно-бедно-бедно. В России так строят сараи — окон нет, пол земляной, очень неровный. В сильный ливень (сегодня ночью) по полу течет вода. Полно икон, распятий, очень много цветов, в одной стороне комнаты — место для свечей и чаша для сжигания копаля (ароматическая смола каких-то хвойных). В соседнем «сарае» — очаг, огонь разводится на столе, а затем дым уходит через дырки в крыше. Здесь очень хорошо, просто по состоянию. Аполония не говорит по-испански, говорит ее внук. Когда он дома, он почти все время проводит перед малюсеньким телевизором.
Одна шальная мысль меня посетила недавно: что у «психоделической религии» есть хорошие шансы стать следующей мировой религией (во всяком случае, для «белых»). Хотя бы по исторической аналогии с христианством: и то, и другое было взято у побежденного и
угнетенного народа; и то, и другое распространялось демократически, в обход классовых границ; и то, и другое сильно преследовалось правящей верхушкой, большей частью с какой-то нелогичной истерией. Да и время сейчас подходящее, со всем наворотом любых учений, поскольку старые обезвкусились... А что? У меня даже есть еще один грустный аргумент: такое легче ввести под государственный контроль (а это — необходимое условие «большой» религии). Тут, в отличие от дзэн-буддизма, дозы можно отмерять и регистрировать.
Те «хиппи»40, что валили сюда 30 лет назад, — они ведь думали, что скоро все изменится! Что ведь нельзя же, приняв грибы или ЛСД, остаться таким же тупым и слепым к бесконечности жизни, как их родители! Так ведь и первые христиане звали: «Покайтесь, ибо приблизилось Царствие Божье!» А общество — оно все глотает, ему никакие просветления нипочем. Много радости было, много вдохновения, многие приблизились, а кто-то, наверное, вошел. На волне, среди своих, многое легче. Дай им всем, Бог, счастья и «легкого трипа». Я сижу здесь, на столе лежат грибы. Ручеек не пресекается. А в Царство Божие батальонами не входят.

Необычные грибы наших лесов

В каталог добавлены съедобные грибы необычной формы, встречающиеся на территориях европейской части России, Белоруссии, Украине, Казахстане, Германии:

Трутовик зонтичный
Грифола зонтичная

Трюфель белый 

Трюфель белый

Рамария обыкновенная 

Рогатик Инвала

Рамария обыкновенная 

Рамария гроздевая

Гипомицес зелёный 

Гипомицес зелёный


Летние грибы

В каталог добавлены описания летних грибов лопастника и ивишеня, а также из семейства пилолистников и лаковиц.

Весенние грибы

Соскучившись за долгую зиму по общению с природой пора отправляться в пробуждающийся от зимней спячки лес на тихую охоту. Какие съедобные грибы растут в марте, апреле или мае? Выбор конечно небольшой, но он есть. Пик роста весенних грибочков безусловно приходится на конец апреля - середину мая. Нежные сморчки, неоднозначные строчки, красивейшая саркосцифа, полезнейшая берёзовая чага, миниатюрные стробилюрусы, экстравагантные блюдцевики - вот основной (но неполный) перечень весенних грибов, которые согреют душу заядлому грибнику.

Шпальный и печёночный гриб

В каталог со съедобными грибами добавлены описания с фото печёночницы обыкновенной (печёночный гриб) и шпального гриба (пилолистник чешуйчатый).

Печёночный гриб, печёночница или печёночник обыкновенный Шпальный гриб (по научному пилолистник чешуйчатый)

Вешенки

Грибники заслуженно любят вешенки. Во-первых это одни из немногих грибов, которые можно собирать поздней осенью в период "безгрибья". Во-вторых практически никогда не бывают червивыми. В третьих растут большими группами, иногда достаточно одного хорошего поселения, чтобы затем семьёй всю неделю питаться свежими грибами. В четвёртых они универсальны в кулинарном отношении: их можно варить, жарить, мариновать, солить. Мы дополнили раздел Съедобные грибы видами вешенок, которые растут в дикой природе:

Вешенка дубовая (Pleurotus dryinus) Вешенка обыкновенная (Pleurotus ostreatus)

Вешенка осенняя (Panellus serotinus) Вешенка рожковидная (Pleurotus cornucopiae)

Вешенка ильмовая (Hypsizygus ulmarius)